Apr. 24th, 2014

У

Apr. 24th, 2014 10:57 am
zharkovsky: (Default)
фэна Ефанова прочёл в блоге фразу "Мне казалось, что наша категория людей, людей читающих фантастику, должна более стойко реагировать на пропаганду."

Очень красиво!
Кстати, не забудьте там на Интерпрессе принять какое-нибудь одобряющее что-нибудь заявление и отправить его ценной телеграммой в Кремль. (Мол, живёт на свете такой Пётр Иванович Бобчинский...) Цитата из Стругацких в хаявлении обязательна. Подписи, адреса, ИНН.
Ну и гимн Советского Союза петь всем личным составом кона в шесть утра, с чувством.
zharkovsky: (Default)
http://www.pravpiter.ru/pspb/n267/ta005.htm

Масштабу дарования писателей должен соответствовать масштаб их духовной ответственности за печатное слово. То, каким образом в творчестве Стругацких затрагиваются священные для христиан имена и понятия, не может быть простой небрежностью авторов, — это их чётко выраженное отношение к христианству».

Отношение — богохульное и кощунственное — обозначилось с первых книг. Возьмём, к примеру, само заглавие: «Понедельник начинается в субботу». Зная, с какой тщательностью писатели отрабатывают варианты названия своих произведений, можно не сомневаться, что это не просто фраза, а, по сути, авторская позиция — декларация отрицания Воскресения. В этой же книге встречаем соответствующий пассаж о сотрудниках фантастического института: «Они знали кое-какие заклинания, умели превращать воду в вино, и каждый из них не затруднился бы накормить пятью хлебами тысячу человек. Но магами они были не поэтому. Это была шелуха, внешнее». Пренебрежительный, глумливый тон по отношению к Священному Писанию налицо.

В повести «Хромая судьба» уже на второй странице находим: «То и дело случаются со мной какие-то унылые, нелепые, подозрительные даже происшествия, словно тот, кому надлежит ведать моей судьбою, совсем одурел от скуки и принялся кудесить, но только дурак он, куда деваться? — и кудеса у него получаются дурацкие». Походя даётся характеристика и пророкам: «Все пророки были пьяницами, потому что уж очень тоскливо: ты всё знаешь, а тебе никто не верит». А если описывается мерзкий старикашка — литературный доносчик, то имя ему даётся не иное, как Мефодий Кириллович! И такая вот глумливая россыпь практически по всем романам и повестям.

Роман «Отягощённые злом» вообще представляется напористым богохульным пасквилем: здесь и оправдание предательства Иуды, и клевета на апостолов, и потуги на «новое прочтение» Священного Писания. Отталкиваясь от евангельского текста, авторы пишут (прости, Господи): «Ядовитый, как тухлая рыба, Фома(!) для развлечения своего загадывает ему дурацкие загадки»; «Спесивый и нудный Пётр(!) ежеутренне пристаёт с нравоучениями, понять которые так же невозможно, как и речи Рабби, но только Рабби не сердится никогда, а Пётр только и делает, что сердится да нудит», — это не о ком-то, а именно об апостолах и Иисусе Христе (см.: Стругацкий А.Н., Стругацкий Б.Н. Отягощённые злом, или Сорок лет спустя. М.: АСТ Москва, 2009, с.212). А Иуду, оказывается, после Тайной вечери Господь «долго, медленно, терпеливо» инструктировал, как предать Его (там же, с.214).

Священник Александр Ткаченко: «В мире Стругацких религия присутствует лишь на отсталых планетах, да и то в карикатурных формах» (журнал «Фома», 2007 г., № 4, с.16).

Всеволод Гаккель, виолончелист группы «Аквариум»: «Я был в ужасе от чудовищного кощунства по отношению к Евангелию и всему тому, что свято для верующего человека. По-моему, это уже за гранью…» (там же, с.29).

Священник Дмитрий Струев: «Для христианина это откровенное богохульство»; «У того, кто хотя бы с малейшим уважением относится к христианским святыням, рука не поднялась бы создавать такой виртуальный мир» (там же, с.30).

Для богоборческого советского режима, для невоцерковлённой публики всё это типично и понятно. Сейчас обстановка в стране коренным образом изменилась, и пренебрегать духовными вопросами — даже при желании увековечить память человека — никак нельзя. Мы понимаем, что в соответствии с законом «О свободе совести» писатель может исповедовать любую религию или не исповедовать никакой, но кощунствовать не позволено никому, тем более в «хранимой Богом родной стране» (слова нашего государственного гимна). Допустимо ли, чтобы в Санкт-Петербурге — городе святого Петра — была площадь имени кощунствующих авторов? Может быть, вполне достаточно того, что своими сочинениями они уже создали себе «памятник нерукотворный»? Мы надеемся на правильное понимание важности изложенного и просим пересмотреть решение комиссии, отменив планируемое наименование указанной площади.


МайдПлощадь не пройдёть, значить!

VIA Бережной

Profile

zharkovsky: (Default)
zharkovsky

August 2015

S M T W T F S
      1
2345678
9101112131415
16171819202122
2324252627 2829
3031     

Style Credit

Expand Cut Tags

No cut tags
Page generated Jul. 23rd, 2017 10:43 pm
Powered by Dreamwidth Studios